У него была даже специальная теория, что все неприятности приключаются, когда человек выходит на улицу. Сиди дома — ничего не случится. А на улице можно попасть под тот же самый троллейбус (под «пятерку», допустим, да это и неважно под какой, хоть под «семнадцатый»!), или стать жертвой карманника, или самому что-нибудь натворить — толкнуть, скажем, неловко старушку, которая возвращается из мини-маркета с полной кошелкой яиц. Да мало ли что! Вот у певца Высоцкого мачеху или тещу убило кирпичом по голове — исторический факт. Весной, опять же, сосульки...

Егоров уважал поэта Иосифа Бродского, уроженца Санкт-Петербурга, а впоследствии лауреата Нобелевской премии, за то, что тот написал стихотворение «Не выходи из комнаты, не совершай ошибку». Само стихотворение Юрий Аркадьевич не читал — видел только цитату в «газете» (он вообще стихов не читал; странное это, прямо скажем, дело — стихи; нормальные люди выражаются прозой, недаром многие поэты в психушке дни свои заканчивают или просто дома вешаются), но с мнением мастера был, безусловно, согласен.

А вот в Канны... Или в Париж... Или в Рим-Венецию... Или хотя бы в Амстердам, несмотря на то что там прямо в булочных непонятным образом разрешено продавать марихуану.. Или в Мадрид... Во всех этих городах Сергей Аркадьевич очень-очень хотел оказаться. Тогда можно было бы сказать, что жизнь прожита не зря.

Соответствующие альбомы у Егорова были, документальные фильмы о лучших местах и «Клуб путешествий» по телевизору он старался не пропускать.

Такой и была его мечта — книжно-телевизионная. Как он сам выразился, «розовая». Егоров хотел не в реальный город, а в миф. В легенду, в глянцевую картинку. Чтобы можно было потом вспоминать и рассказывать. Особенно одиноким дамам.